За все, что в жизни нам дается «даром» рано или поздно приходится платить. Готовы ли вы пуститься во все тяжкие и пережить самую страшную историю в своей жизни, чтобы осуществилась заветная мечта.
Хочу рассказать вам, что происходит со мной. Весь этот ужас и мрак, из-за которого у меня, кормящей матери, пропало молоко, из-за чего я стала дерганной и нервной. Вы можете, конечно, мне не поверить, я сама бы посмеялась, расскажи мне кто-нибудь все это. Но это происходит, до сих пор. И мне кажется, никто не в силах остановить эту чертовщину.
Мы с мужем шесть лет женаты, но вот Бог не давал ребенка. Уж врачей всех обошли – все в порядке. А детей как не было, так и нет. Докатились уже до знахарок всяких и «ведьм-повитух». Чего нам только не говорили, одни порчу снимали, другие от рода крест черный отводили. Много всего было, в конце муж попросту психанул: «Не судьба, так не судьба. Дальше жить будем». Но я-то знаю, какого ему. У нас только и разговоров всегда было о большой семье, чтобы трое или четверо ребятишек…
В тот день я от матери ехала. Сидела на остановке, троллейбус свой ждала. Даже не заметила, как рядом старик подсел. Сам неопрятный, грязный, пахнет от него. Я сразу отодвинулась, а он внимание на это обратил.
— Да ты не брезгуй, не брезгуй. Я ведь твоему горю помочь могу.
— Какому? – приняла я его за очередного городского сумасшедшего.
— Семя все не взойдет никак, гляжу, — он хитро подмигнул. А до меня все доходил смысл сказанного. – Это поправимо.
— Как это?
— Услуга за услугу. Согласна?
— Вы извращенец что ли?
— Да не про то я, — засмеялся он. – Мне от тебя лишь имя нужно. Любое, какое в голову придет.
— Любое?
— Совершенно, — он даже напрягся.
— А мужское, женское?
— Без разницы. Просто любое скажи.
— Ну, не знаю… Наталья, — случайно вырвалось у меня.
— Отлично, — он суетливо пожал мне руку и вскочил. – Скоро увидимся.
Он бодро пошел прочь, чуть ли не подпрыгивая. Я была просто ошарашена всем этим. Было похоже на сценарий дешевого сериала. Пару дней еще вспоминала о ненормальном, а потом забыла.
Примерно через месяц мне внезапно позвонила мать – моя троюродная сестра Наташа поскользнулась на лестнице и сломала шею. Надо было ехать на похороны. У меня уже тогда недоброе кольнуло, но внимания не придала. Собрались, поехали отдать последнюю дань. Все бы ничего, но потом эти дни не пришли вовремя. Я даже думать не думала, а муж говорит: «Ты тест купи».
Купила несколько, проверила – везде две полоски. Мой от счастья чуть не прыгает, а я похолодела вся – старика того вспомнила. Думала, что вот сейчас выйду из дома, встречу его, дергалась постоянно. Но обошлось. Выносила весь срок, родила здорового мальчишку, назвали в честь отца мужа – Иван. Уж и думать забыла обо всем плохом – тут просто не до этого.
Полгода прошло со дня рождения Ванечки, гуляли мы как-то вдвоем с ним и тут я увидела того самого старика. Чуть сознание не потеряла. А он улыбнулся, подошел.
— Ну что, довольна?
— Довольна, — холодно ответила я. – Чего теперь-то еще?
— А ты не гоношись, не гоношись, уговор ведь еще и назад вернуть можно, — посмотрел он на сына.
— Не надо ничего возвращать, — быстро выпалила я.
— Ну так скажи имя и дело с концом.
— И ты опять …
— Не я, — рассмеялся он, и только теперь я заметила насколько старое и уродливое у него лицо. – Имя ты называешь, значит, и смерть на себя берешь. Ну давай, не тяни.
— Не буду я ничего говорить!
— Ну одно-то имя я знаю, — снова посмотрел он на сына.
— Рома, — выпалила я.
— Отлично. Как-нибудь увидимся, — в этот раз он убежал, словно ветром сдуло.
Уже дома я стала перебирать всех знакомых Ром: дядя, брат двоюродный мужа, на работе парень и сосед. На следующий день я узнала от мужа – брат, у молодого мужчины сердце остановилось. Снова похороны, на которые я из-за сына, слава Богу, не пошла. А меня все терзало произошедшее. Даже молоко пропало, пришлось на смеси сынулю переводить. Муж решил, что я так тяжело гибель его брата восприняла, огородил меня от всего, помогал.
А я с тех пор живу и не знаю, когда этот ужасный старик появится. Уже даже список имен приготовила, которые к нашей семье не относятся. Но на душе все равно тяжело, будто сама какого-то человека под нож подвожу. Кажется, скоро просто сдадут нервы.


+41